I transform women’s scars into art.
My body is both my subject and my primary artistic material. My practice emerges from lived, liminal experience: loss, trauma, surgery, motherhood, and complex intimate relationships.
I work exclusively through self-portraiture, using my own body as the site of research. I combine analog photography with painting, sound, and light. My process includes double exposure and the mordançage technique, allowing me to reveal the naked female body as a space of sensation, memory, and depth.
Yoni has become the central image of my work, representing the return of the Feminine Soul. Across cultures, Yoni is either reduced to function or rendered invisible. In my practice, I reclaim Yoni as beautiful and natural — inseparable from nature itself.
I see my work as pioneering a new visual language for Yoni: not as an object or symbol, but as a lived, embodied presence — something that can be felt and acknowledged.
My work addresses the collective trauma of the feminine principle across centuries — suppression, shame, and disconnection from life. By restoring the gaze toward Yoni, I frame it as the heart of Woman and the heart of the living world.
I believe we are at the threshold of a new historical cycle, in which the feminine principle reclaims its sacrality.
Я превращаю женские шрамы в искусство.
Моё искусство — это моё тело. А тело — главный художественный материал. Моё творчество рождается из личного предельного опыта: утрат, травм, операций, материнства, сложных отношений.
Я автопортретистка: снимаю только своё тело. Сочетаю фотографию с живописью, музыкой и светом. Использую технику двойной экспозиции и мордансажа. Все это позволяет мне раскрыть обнажённое женское тело как пространство истинных чувств и глубины.
Йони стала центральным образом моего искусства, как возвращение целостности женского тела и Души. В различных культурах Йони показывают либо как функцию, либо замалчивают и прячут. Я хочу показать, что Йони красива и естественна, как сама природа и как важно дать ей место.
Я первопроходец в создании нового образа Йони как части тела, которую можно чувствовать и признавать её сакральную ценность. Я осознаю коллективную травму женского начала на протяжении многих веков: подавление, стыд, утрату связи с жизнью. И возвращаю взгляд на Йони, как на сердце Женщины и сердце Мира на Земле.